В самый канун голосования по делу Б. Клинтона и Моники Левин-ски, сославшись на публикацию в «Нью-Йорк тайме», республиканцы подняли шум по поводу того, что Клинтон готовит расправу над своими обидчиками из их стана.

Пресс-служба Белого дома немедленно опровергла и эти обвинения. Более того, пресс-секретарь Локхарт заявил, что не будет не только мести, но даже злорадства по поводу оправдания Клинтона. Он изволил пошутить, что территория Белого дома объявлена «зоной, свободной от злорадства»...

Белый дом — «зона, свободная от злорадства» — в канун и в день голосования был погружен в напряженное молчание. Клинтон даже отказался от традиционной совместной пресс-конференции после встречи с канцлером ФРГ Герхардом Шрёдером. Его имиджмейкеры опасались, как бы президент не выдал своего ликования неосторожным жестом или улыбкой и не испортил всю обедню в тот самый момент, когда на Капитолии опускается занавес трагикомедии «Мони-кагейта»*.

Главная проблема коммуникативного взаимодействия, в каком бы ниде оно ни протекало, заключается в том, что получаемая информация никогда не бывает полностью идентичной той, которую отправил исходный субъект. В теории информации явление искажения информации называется шумом.

Во-первых, искажение или прерывание поступления информации может произойти в результате воздействия внешних факторов: сбой в работе технических средств, неблагоприятная экологическая ситуация, препятствующая сосредоточению слушателей на передаваемом сообщении, шумные действия участников митинга, желание домочадцев смотреть во время трансляции по телевидению политического выступления другую передачу и т.д. Самый серьезный технический сбой в работе телевидения и радио произошел в результате пожара на Останкинской телебашне, когда в конце августа — начале сентября 2000 года жители Москвы и Московской области были лишены возможности смотреть в привычном режиме телепрограммы и слушать некоторые радиостанции.

Во-вторых, в искажении информации может быть повинен сам отправитель, если оказался неспособным адекватно и понятно закодировать информацию, выбрать соответствующие каналы ее трансляции. Шумы могут нести и рекламные сообщения, создаваемые субъектом политического управления в том случае, когда эти сообщения не вписываются в общую логику убеждающей коммуникации (см. главу VII). Такие сообщения создают напряжение в информаци онном поле, отвлекают реципиентов от материалов, ориентированных на формирование в их сознании определенных убеждений и установок.

В-третьих, препятствием могут служить личность и состояние получателя информации. Утомленность, ценностные ориентации, эмоциональные переживания, ограниченный словарный запас, отсутствие интереса — все это может сделать реципиента невосприимчивым к полученному сообщению: он либо не будет обращать на него внимания, либо окажется не в состоянии интерпретировать его, понять смысл. Сошлемся для примера на любопытный факт, который приводит Г. Почепцов, ссылаясь на данные исследования об уровне знания населения об ООН, проведенные в 1947 году в одном небольшом американском городке. В этом году в отношении жителей данного городка была проведена массированная пропагандистская акция по распространению знаний об ООН. Однако, пишет Г. Почепцов, «как до, так и после проведенной шестимесячной кампании знание об ООН в этом городке практически не изменилось. «Бомбардировка» жителей листовками, брошюрами, газетными статьями и радиорассказами принесла изменение в два процента: 30% незнающих до и 28% — после. Те, кто не хотел ничего знать, остались при своем незнании, даже при усиленном расширении информационных потоков, рассказывающих об этой международной организации» (2).


⇐ вернуться к прочитанному | | перейти на следующую страницу ⇒