«Дипломатия — наука письменная», — говорил один дипломат, имея в виду, что значительную часть времени дипломат проводит за письменным столом. Большую часть времени он тратит на внутреннюю переписку со своим правительством и министерством иностранных дел: политические письма, шифротелеграммы, различного рода справки, характеристики, предложения, записи бесед, проекты инструкций для делегаций, проекты заявлений и речей на переговорах и пресс-конференциях, памятные записки, проекты соглашений и договоров и т.п., а также на дипломатическую переписку с правительством и министерством страны пребывания (ноты, заявления, личные письма полуофициального характера, памятные записки, меморандумы, проекты коммюнике и т. д.). О них будет подробно сказано во второй части нашего курса. Сейчас же заметим, что стиль этих двух видов документов значительно отличается друг от друга. Если для внутренней (служебной) переписки характерны краткость, четкость, недвусмысленность, то для собственно дипломатической переписки характерны другие качества, такие, как соблюдение осторожности, такта, сдержанности, знание специфических фраз и терминов, принятых в дипломатическом языке, и, наконец, учет политики страны пребывания, ее обычаев и порядков.

Дипломатический язык как служебный, так и в особенности язык международной политики значительно отличается от журналистского, иногда эмоционального, многословного; отличается он в некоторой степени и от литературного, более образного, свободного. Хотя хорошее владение литературным языком помогает дипломату. Больше всего к дипломатическому языку приближается пушкинский язык прозы — сжатый, точный, без вычурности. В книге «Техника дипломатии» немецкий ученый Вильднер пишет: «Дипломатический стиль отличается прежде всего простотой и ясностью, под этим подразумевается не простота ремесленнического способа выражения, а классическая форма простоты, которая умеет выбирать при каждом предмете единственное подходящее для данных обстоятельств слово».

Для дипломатического языка характерны не только точность описания фактов, но и глубокий анализ политики и действий правительства и ясное, точное и сжатое изложение («Чтобы словам было тесно, а мыслям просторно»). Тому, кто не обладает даром письменного слова или не выработал навыков дипломатического стиля, едва ли целесообразно идти в дипломаты.

Как для воинов основным орудием его деятельности является оружие, так для дипломатов — слово. И если, например, в Древней Греции главным для дипломатии было устное слово, то в последние века, наряду с устным словом, и, может быть, иногда даже более важным стало письменное слово. Один из министров иностранных дел Франции (Жобер) говорил, что «для внешней политики и дипломатии слово играет не меньшую роль, чем действия, а, возможно, даже и большую», слово в дипломатии уже само по себе является действием.

Недаром в каждом посольстве, департаментах министерства больше всего ценятся сотрудники, умеющие хорошо писать. Среди русских пословиц вы можете встретить и такие: «Многие говорят хорошо, а пишут бестолково», «Иной пишет словно рожает, а другой пишет, лишь перо скрипит». Такое впечатление, что имеются в виду и некоторые дипломаты.

Приведу высказывания некоторых наших послов, с которыми я беседовал на эту тему.

Один собеседник спрашивал меня: «А сколько у вас в посольстве было дипломатов, которые хорошо умели писать документы? У меня обычно не больше 2—3». Добавлю, что он был послом, если не ошибаюсь, в трех, если не больше, европейских странах, причем и в крупных, в которые обычно посылают наиболее способных дипломатов.

Другой на мой вопрос, сколько у вас было посланников, ответил: «Два, один хорошо пишет, другой — хорошо говорит на совещаниях, а хорошо написать ничего не может». Третий на мой аналогичный вопрос ответил: «Таких, бумаги которых я могу сразу подписать, два-три, остальных приходится править». Заместитель министра иностранных дел А. Г. Ковалев в своей книге «Азбука дипломатии» утверждал: «Будущее современной дипломатии не на дипломатическом паркете, а за письменным столом».

Дипломатическая деятельность сродни литературной, писательской. Недаром многие выдающиеся писатели были дипломатами, сотрудниками министерства иностранных дел, послами. Пожалуй, особенно отличалась этим наша страна, в которой многие писатели, литераторы, публицисты занимались дипломатической деятельностью, а некоторые из них были и послами России и СССР. Начнем с того, что сам А. С. Пушкин «принадлежал к министерству иностранных дел», сотрудничал в архивном управлении, роль которого в МИДе была в то время очень значительной — там готовились проекты внешнеполитических документов, договоров, соглашений. Был он и переводчиком «Коллегии иностранных дел». Знаменитый русский поэт Ф. И. Тютчев двадцать два года провел на службе в загранпредставительствах России, а затем служил в МИДе. Знаменитый автор «Недоросля» Д. И. Фонвизин был секретарем (помощником) знаменитого дипломата, министра Екатерины II Н. И. Панина, и ведал перепиской МИДа с российскими представителями при европейских дворах. Выдающимся российским дипломатом первой четверти XIX в. был российский посол в Персии, выработавший условия турманчайского договора 1828 г., погибший на посту посла, автор знаменитой комедии «Горе от ума» А. С. Грибоедов.

В МИД России, а затем в русской миссии при германском сейме служил А. К. Толстой, первые литературные опыты которого были одобрены А. С. Пушкиным. А. К. Толстой, автор знаменитого романа «Князь Серебряный», многих стихотворений и афоризмов (в соавторстве со своими двоюродными братьями) под псевдонимом Козьма Прутков.

Российским послом в Мадриде был известный русский писатель И. М. Муравьев-Апостол, отец братьев-декабристов.

Не был писателем, но блестяще владел словом, сам писал ноты и циркуляры послам, которые были образцом русского языка, один из виднейших дипломатов России, лицейский друг А. С. Пушкина, который еще тогда, в лицее, предсказал ему блестящую славу, министр иностранных дел России (1856—1882) А. М. Горчаков.

Многие советские дипломаты блестяще владели словом, некоторые оставили нам свои мемуары, научные труды, в том числе И. М. Майский, А. А. Громыко, А. Ф. Добрынин. Народный комиссар Г. В. Чичерин любил сам писать дипломатические документы, письма послам нашей страны, которые читаются как замечательные литературные произведения. До сих пор пользуется успехом у музыкальных деятелей его интересная книга о Моцарте. Министр иностранных дел России Е. М. Примаков — автор многих книг, в том числе книг о Египте, Каире. Некоторые из них переиздаются (значит, ценятся) и переводятся на многие иностранные языки.

То же можно сказать о ряде иностранных дипломатов. Французский драматург Бомарше снискал себе славу блестящими комедиями. Он был причастен к дипломатии, являясь руководителем французской дипломатической миссии в США.

Имел отношение к дипломатии и автор знаменитого «Дон Кихота» Сервантес; он был в миссии папского легата. Знаменитый итальянский писатель и поэт Боккаччио был послом Флорентийской республики в ряде городов Италии и послом у папы в Риме, причем его речь при вручении верительных грамот имела большой успех. Флоренция может гордиться, кроме того, такими послами-писате-лями, как Данте и Петрарка. (Флорентиец Данте даже изобразил один из эпизодов дипломатической борьбы между Филиппом IV и папой Бонифацием VIII в своей «Божественной комедии»). Французский писатель Жан Жюссеран (1855—1932) был 23 года послом Франции в Вашингтоне, его деятельность способствовала вступлению США в первую мировую войну на стороне союзников.

Английский писатель Д. Свифт (автор «Гулливера») активно участвовал в дипломатической деятельности и вел кампанию за заключение Утрехтского мира (1713 г.)

Чтобы показать, как важно в дипломатии уметь владеть словом, какие находки дипломатических выражений вошли в историю, приведем несколько примеров. После крымской войны, поражения в ней, Россия должна была внести коренные изменения во внешнюю политику. А. М. Горчаков сам разработал ее концепцию, представил на утверждение императору и затем обнародовал. Суть ее заключалась в том, что Россия на время отказывается от активной политики, но только на время, и готовится к действиям. Сформулировал квинтэссенцию ее он в одной фразе, которая стала очень популярной; «Россия не сердится, Россия сосредоточивается».

В 30-е годы Советскому Союзу было очень важно для отпора фашистской агрессии объединить все демократические силы, ведь не один СССР был заинтересован в мире. Был выдвинут принцип коллективной безопасности, а основа его была М. М. Литвиновым определена в двух словах «Мир неделим».

Инициаторы создания Европейского сообщества предложили основной принцип его выразить в двух словах: «Отечество Европы». Для Франции он был неприемлем, так как умалял суверенитет участников, а Франция очень энергично отстаивала (и продолжает делать это и сейчас) свой суверенитет. Генерал де Голль (президент) не желал вступать в спор, оставил оба эти слова, и «отечество» и «Европа», но изменил их порядок и обозначил основной принцип сообщества как «Европа отечеств», что полностью сохраняет суверенитет Франции и не ущемляет ее интересов.