Формы дипломатической деятельности очень разнообразны, каждая из них — установление контактов, ведение переговоров, поиски и сбор информации, разъяснительная работа за рубежом (прежде всего о внешней политике России) — имеет свою специфику, свои особенности. Но все они являются частью одной, важнейшей для дипломатии деятельности — составления документов: дипломатической переписки с представителями иностранных государств, официальной и личной, внутриведомственной переписки, прежде всего с министром иностранных дел своей страны, в министерстве — со своими посольствами, с правительством, президентом, другими министерствами. Эта часть работы занимает 80—90% времени дипломатов высших и средних рангов министерства. Больше половины рабочего времени составление документов занимает у дипломатов в посольствах. К документам предъявляются особые требования, так как исправить уже отправленные дипломатические документы бывает невозможно, а самые незначительные ошибки и описки могут иметь серьезные последствия. Дипломатия знает много случаев, когда из-за небрежности в языковом оформлении дипломатических документов или служебных сообщений, из-за нескольких слов происходили не только недоразумения, но даже инциденты.

Нередко одно слово может решить судьбу дипломатической встречи и отношений. Вот пример. В свое время, когда генерал де Голль был с официальным визитом в Канаде, он позволил себе, обращаясь к жителям Квебека, которые боролись (и продолжают бороться) за независимость Квебека от Канады, воскликнуть: «Да здравствует Квебек, свободный Квебек!». Реакция правительства страны была немедленной. Премьер Канады сказал: «Канадцы не нуждаются в освобождении». Де Голлю пришлось отказаться от встречи с премьером Канады, прервать визит и возвратиться в Париж.

Приведу один пример из моей практики:

Когда я уезжал в Лондон на работу посланником, мне поручили сразу по приезде выяснить все связанное с одним документом, направленным посольством из Лондона диппочтой. Смысл его заключался в том, что будто бы в 1968 г. бывший премьер Временного правительства А. Керенский заявил о своей готовности приехать в Москву. Если это действительно так (а это было очень важно и заслуживало внимания Политбюро), следовало обо всем этом точно и ясно сообщить в Москву шифротелеграммой. При проверке оказалось, что документ был составлен в консульстве не слишком грамотно младшим дипломатом и представлял собой запись беседы со священником русской православной церкви, который сообщил, что кому-то Керенский между прочим сказал, что он «еще надеется быть в Москве».

На огромное значение слова в дипломатии указывал еще Демосфен, великий оратор и политик Древней Греции, который, критикуя дипломатию посла Эсхина, говорил: «Послы не имеют в своем распоряжении ни боевых кораблей, ни тяжелой пехоты, ни крепостей: их оружие — слова и благоприятные возможности». Главное, по Демосфену, — это «вовремя принять необходимое решение», «воспользоваться удобным стечением обстоятельств», не упустить благоприятные возможности.

Журналисты говорят, что «вчерашняя новость — мертвая новость». Для дипломатии время составления документа не менее важно, чем для журналиста важна вовремя сообщенная новость. «Вовремя» — это не обязательно немедленно. Иногда пауза в дипломатии имеет свой смысл.

Когда в мае 1960 г. в СССР был сбит американский шпионский самолет У-2, Советский Союз дал намеренно очень скупую информацию, заявив только, что нашей ракетой был сбит американский самолет-разведчик. Госдепартамент США поспешил с опровержением, заявив, что якобы самолет Пауэрса сбился с курса и пилот потерял сознание, залетев случайно на территорию СССР. Это заявление было явно преждевременным, оно показало, что госдеп дал ложную информацию, подорвал тем самым доверие к себе и поставил себя в глупое положение. На заседании Верховного Совета СССР в присутствии иностранных дипломатов и журналистов было сообщено, что самолет Пауэрса был сбит после того, как он пролетел несколько сот километров над территорией СССР (а вовсе не заблудился). Сам летчик жив, дал показания о цели своего полета. Были предъявлены и вещественные доказательства его шпионской деятельности.

«Своевременность» дипломатических документов особенно важна в случае так называемых «упредительных действий», когда нужно предвосхитить шаги партнера (противника). Именно поэтому при подготовке американских дипломатов большое внимание уделяется своевременности составления ими документов. В наставлениях молодым дипломатам США говорится: «Документ, предназначенный для руководства госдепартамента, должен быть представлен в секретариат отдела не позднее, чем за два дня до назначенного срока». Не в установленный для вас срок, а за два дня до него!

У многих профессий есть свой специфический стиль написания документов. Есть он, конечно, и у дипломатов. Очень часто его путают со стилем средств массовой информации, так как предметом того и другого являются одни и те же события, люди, темы. Однако они очень разнятся между собой, и журналистский стиль, для которого характерны обилие эпитетов, сравнений, иногда преувеличений (чтобы сделать материал интересным и даже сенсационным), не подходит для дипломатии.

Пожалуй, наиболее близким для дипломатической переписки является стиль, представляющий собой сочетание строгого научного, аналитического с литературным. Один из моих учителей, маститый профессор Московского университета, советовал студентам: «Если у вас нет своего стиля, и если вы понимаете, что вы не Гоголь, не Пушкин и не Белинский, то пишите так, чтобы по крайней мере вашего стиля не замечали, а при чтении документа были полностью поглощены вашими наблюдениями и мыслями».

Писать надо просто, без вычурности. Каждая мысль должна вытекать из сказанного ранее и быть обоснованной и убедительной. «Мудрено пишут только о том, что не понимают, — говорил великий русский ученый-историк В. О. Ключевский. — У истины простая речь». Смело вычеркивайте все, кроме того, что вы сами не сочтете совершенно необходимым оставить. А. П. Чехов говорил: «Искусство писать — это искусство сокращать».

Журналистским вольностям, хлестким выражениям не место в дипломатической переписке. Она должна отличаться логичностью, стройностью, простотой изложения, а главное научной объективностью. Слово должно быть адекватно мысли. Конечно, это неисключает некоторой живости речи и образности языка. Стиль документа не должен быть вялым и монотонным. Не следует злоупотреблять в работе повторениями одних и тех же или однокоренных слов. Густав Флобер советовал употреблять одни и те же слова не чаще, чем через 200 строк. Правда, для дипломатического документа правило Флобера не полностью применимо, но избегать частого употребления одного и того же слова все же можно и нужно. В «очищении» вашего документа от повторов вам помогут: «Словарь синонимов русского языка» 3. Е. Александровой (М., 1968) или «Словарь русского языка» С. И. Ожегова, толковый словарь В. И. Даля, словарь иностранных слов.